Смена руководства Министерства юстиции США

Президент США Дональд Трамп объявил о назначении Тодда Бланша временно исполняющим обязанности генерального прокурора после отстранения от должности Пэм Бонди. Бланш до этого занимал пост заместителя генерального прокурора и был личным адвокатом Трампа в уголовном деле в Нью-Йорке перед переизбранием президента в 2024 году.

Новый глава Министерства юстиции известен своей проактивной позицией в отношении криптоиндустрии. Именно Бланш подписал меморандум, который кардинально изменил подход американских правоохранительных органов к регулированию цифровых активов.

Роспуск команды по криптопреступности

На посту заместителя генерального прокурора Тодд Бланш распорядился распустить Национальную команду по борьбе с криптопреступностью Минюста. Эта структура была создана в 2022 году при президенте Джо Байдене для координации действий против незаконной деятельности в криптосекторе.

Бланш также подписал четырехстраничный меморандум, в котором приказал прокурорам не возбуждать дела о нарушениях регуляторных норм в криптоиндустрии. Этот документ был использован в деле против разработчика Tornado Cash Романа Шторма, что привело к снятию одного из обвинений против него окружной прокуратурой Южного округа Нью-Йорка.

Конфликт интересов и криптоактивы

Согласно декларации о соблюдении этических норм от 10 июля 2025 года, Бланш передал свои криптоактивы детям и внуку. Среди переданных активов были Bitcoin, Solana, Cardano и Ethereum. В декларации также указано, что он владел Polygon, Polkadot, Quant и акциями биржи Coinbase.

По данным расследования ProPublica, на момент подписания меморандума о правоприменении Бланш всё ещё владел криптовалютами на сумму от 159 до 485 тысяч долларов. Это нарушает этические правила и его обещание избавиться от активов перед работой над вопросами, связанными с криптовалютами.

Влияние на регуляторную политику

Назначение Тодда Бланша на должность главы Минюста может существенно изменить подход американских регуляторов к криптоиндустрии. Его предыдущие действия показали стремление к более мягкой политике в отношении криптокомпаний, ограничивая преследование за нарушения регуляторных норм.

Для криптоиндустрии это может означать более предсказуемую регуляторную среду, где акцент смещается с наказания за формальные нарушения на борьбу с реальными преступлениями. Однако выявленный конфликт интересов может стать предметом пристального внимания законодателей и общественности.